«Москва всё время трясла кулаком»

Фото с сайта газеты "Ирек мәйданы"

Мухаммат Сабиров

Корреспондент газеты «Ирек мәйданы» взяла интервью у Мухаммата Сабирова — премьер-министра Татарстана в 1991-1995 гг. «еТатар» предлагает перевод материала.

Мухаммат Сабиров – первый премьер-министр Татарстана. Его деятельность пришлась на самый интересный и вместе с тем сложный период в истории Татарстана – 1991-1995 годы. Это годы воссоздания татарской государственности. Мухаммат Сабиров находился в самой гуще событий. В этом году ему исполнилось 80. Несмотря на свой возраст, он ведет активный образ жизни. Его жизнь, что называется, расписана по часам. Мне удалось встретиться с ним и поговорить о том, в каком направлении, по его мнению, должна развиваться республика.

“ДЕВУШКИ ВЕЛИСЬ НА КОСТЮМ С ПОГОНАМИ”

— Мухаммат абый, вы выросли в соседней республике – в простой семье и достигли очень многого. В вашем роду и руководителей-то нет… Как так вышло?

— В 80 лет очень много размышляешь. Прокручиваю в голове всё, что происходило со мной, и прихожу к выводу, что мне довелось жить в интересную эпоху. Я никогда не считал себя ни лучше, ни хуже других. Никогда не задумывался над тем, как я отличаюсь от остальных: просто работал и работал.

Родился я в ауле Яңа Кормаш в Кушнаренковском районе Башкортостана. До 4-х лет жил в деревне, затем семья перебралась в районный центр. А тут своя причина есть. Отец до смерти любил лошадей. Эта его страсть и мне передалась. Я просто пьянею, увидев это грациозное животное. У нас была лошадка по кличке Пионер, она кормила всю нашу большую семью. Вот отца и раскулачили из-за Пионера. Домой пришла комиссия – за лошадью. Мама – в слезы и давай умолять, чтобы не забирали кормилицу. Отец очень тяжело перенес это: не выдержал – тоже заплакал. И было решено, что семья переедет из деревни в райцентр – он просто не мог больше оставаться в этом ауле.

Папа был настоящим трудягой, с Первой мировой войны вернулся раненным. Талантливый был человек. Тальянка была у него. Когда с утра по радио передавали концерт, он садился у приемника и тут же схватывал мелодии новых песен – играл их на тальянке. И меня пытался научить, но коли уж Аллах не дал способностей – ничего и не выйдет! А мама отлично танцевала. Иногда, наверное, потому что я был младший сын, брали с собой в гости. Сейчас вспоминаю и думаю, как же здорово было! Все приходят парами, рассаживаются за столом, байки рассказывают, потом отец достает гармонь и тут такмаки (частушки) начинают петь – сплошная импровизация!.. К сожалению, застольные песни постепенно сходят на нет, сейчас ведь принято приглашать ведущих на свадьбы, певцов – гости сидят и наблюдают за представлением, а в наших краях не было таких, кто бы не знал застольные песни.

Нас всего четверо: три старших сестры и я – братишка, родившийся после меня, умер, поэтому я остался младшим ребенком. Меня все любили, баловали, но от сестер и влетало часто.

Отец желал, чтобы я учился в Уфе, но никто не знал, куда ехать. Я решил, что подам документы туда, где конкурс маленький, а стипендия большая – и подал заявление в Уфимский нефтяной институт. А потом смотрю: на одно место 9 человек! Ну, думаю, попал на свою голову! Но, к счастью, знаний, полученных в школе, оказалось вполне достаточно, чтобы выдержать вступительные экзамены.

В институте нам дали форму с погонами. Девушки с ума сходили – думали, что военный. На вечерних танцах к нам очередь выстраивалась. В Уфе посещал кружок по танцам, отлично танцевал танго, фокстрот, мазурку. Костюм с погонами открыл мне многие двери.

А встречу с женой Фаимой я считаю самой большой победой в своей жизни. Можно сказать, что я вырвал её из рук деревенского “атамана” Ишмая. Когда станцевал с ней вальс, понял, что не смогу жить без нее. Повезло мне с женой. Она ничего никогда не боялась. Красавица была. Трудолюбива. Дом всегда в чистоте содержала. Была разумной хозяйкой. По окончании учебы переехали в Альметьевск, жили в маленькой комнатушке. Сын родился. Два раза в месяц садились на мотоцикл и ехали в Кушнаренко. Представьте себе: в субботу работаю, а после обеда все вместе загружаемся и едем 300 километров, чтобы увидеться с родней. К ночи приезжаем, а на следующий день — обратно. Сейчач эти годы вспоминаем как годы храброй молодости.

“НЕ МОГЛИ ДЕЛАТЬ РЕЗКИХ ШАГОВ”

— 90-е годы – годы, когда вы работали премьер-министром, это своего рода некий романтический период, на который были возложены огромные надежды. В то же время шла острая политическая борьба. 20 лет прошло с тех пор, как Татарстан объявил суверенитет. Кто-то называет эти годы потерянным для республики временем. Говорят, в период относительной самостоятельности можно было реально поднять статус татарского языка, переселить в республику татар из других регионов, внедрить в деревнях и на производстве новые технологии. Скажите, а реально ли было всё это?

— Татарстан сделал всё возможное. Сами подумайте: в России такого еще не было – мы впервые заговорили с Москвой, которая всегда была выше нас в государственной иерархии, на равных. Был составлен договор о разграничении полномочий. Это был сильнейший юридический документ. Мы были первые на этом пути. В договоре мы прописали, что всеми богатствами Татарстана владеет народ республики. Это на словах легко и красиво звучит, а на деле, ой, как было сложно! Мы стали хозяевами нефти, которая находится в недрах нашей земли. А ведь мы до этого даже не знали, кому её продавали. Теперь же мы стали сами составлять соглашения с зарубежными странами и сами вести свои дела. Деньги шли в казну Татарстана – часть отдавалась в качестве налогов России. В то время по всей стране люди за хлебом в очередях стояли, а мы смогли обеспечить население республики всем необходимым, даже зарплаты смогли увеличить.

Вы только представьте, мы проложили асфальт, провели газификацию! Через аулы в трубах проходит нефть, газ, сколько топлива сжигается попусту, а деревенские жители вынуждены дрова рубить. Когда в республике появились деньги, разработали специальную программу, провели газ. Когда я только начинал работать, люди в Альметьевске жили в бараках. Были построены многоэтажные дома, в нефтяной зоне были созданы комфортные условия для работы и жилья. Казань тоже не была обделена деньгами.

Что касается развития татарского языка и переселения татар в республику, тут мы не могли делать резких шагов. Если бы занимались лоббированием интересов только лишь татар, не смогли бы проложить себе дорогу. И всё же я не могу сказать, что национальные интересы были оставлены без внимания. Согласитесь, что в городах не было татарского образования в школах, средних и высших учебных заведениях – мы всё это создали. Церквей было много, а мечетей – нет. И здесь поработали. Да, самостоятельность была, но и давление было огромным. Москва постоянно трясла кулаком, потому что Башкортостан, Чувашия, Удмуртия, Марий Эл только с нас пример и брали. А для Москвы это было опасно. Звучали мысли, что в республике должен преподаваться только татарский, но куда бы пошел человек, получивший образование на татарском языке – в какой ВУЗ? Всегда важно сохранять золотую середину.

Татарстан – республика, находящаяся в самом центре России. Мы бы не смогли строить наши экономические связи вне Москвы – нам бы просто перекрыли нефтепровод. А нам нужно продавать нефть зарубеж. Если бы Россия выступила против, мы бы ничего не смогли сделать. Бориса Ельцина принимали как самого высокого гостя, показывали ему Сабантуй, старались донести до него мысль, что здесь живут другие люди, люди с другим менталитетом, иной культурой. И мы смогли сделать так, чтобы он принял нашу сторону.

Да, мы ввели татарский язык, но не смогли создать условия для его развития. Действительно, очень много чего не доделали. Никого не виню в этом – только себя. Сконцентрировавшись на материальных проблемах, мы как-то упустили из виду духовную сторону.

Нужно было инвестировать в развитие татарского языка. Понимаю, что для Татарстана на первом месте должен был быть татарский. Мы не смогли создать систему татарского воспитания в детских садах, школах, техникумах, высших учебных заведениях. Русский всегда использовался больше. Трудно назвать причины. Мы должны были досконально описать сферу использования татарского языка в Конституции. Нужно было прописать, что в татарской деревне все дела должны вестись на татарском языке. Не смогли организовать и татарское делопроизводство. На начальном этапе пришлось бы, конечно, прибегнуть к помощи переводчиков. Таким образом язык крепко вошел бы в обиход и повседневную жизнь народа. Сейчас это чрезвычайно сложно сделать.

Самая большая наша ошибка – отсутствие в республике национальной политики. Осталось только локти кусать, что мы в свое время не создали, если не министерство, то хотя бы отдельный департамент. Это произошло как-то случайно – просто упустили из виду. Россия бы не была против, а мы всё думали, что позже непременно создадим. Эта ошибка до сих пор не исправлена. Должен быть советник президента или помощник премьер-министра по национальным вопросам. Для этой работы нужен человек новой формации. Эх, было бы в республике хотя бы 20 таких личностей как Фаузия Байрамова! К сожалению, таких храбрецов с каждым годом всё меньше.

— В 1990-е годы правительство Татарстана обратилось к ученым Гарвардского университета с просьбой разработать план развития республики. Почему он не был внедрен?

— Да, было дело. Я сам лично несколько раз летал в США, изучал вопрос, встречался с учеными. Однако их вариант развития не подходил под наши условия. Мы бы не смогли внедрить этот план в наших реалиях.

— Республика чрезвычайно зависит от нефти. Но сегодня она есть, завтра – нет. Возможна ли ликвидация нефтяной зависимости?

— В Татарстане очень много полезных ископаемых. Если нефть закончится, у нас есть большие запасы каменного угля. И кстати не особо глубоко…

— Но ведь это тоже зависимость от полезных ископаемых… В Европе, Японии этого всего нет, но уровень жизни там высокий. Финляндия вон процветает, производя мобильные телефоны.

— Что такое мобильные телефоны и наш “КамАЗ”?! Земля и небо. Наше машиностроение — намного более выгодная отрасль. Есть вертолетный завод, авиастроительный. Есть кораблестроение. В Зеленом Доле собирали военные подлодки, сейчас собирают ли, нет ли – не знаю. Конечно, всё это нужно развивать. Если мы не сможем заявить о себе на весь мир, так и будем в хвосте мирового прогресса шагать.

— Сегодня главное богатство Татарстана – это “Татнефть”. 11 апреля Путин, выступая в Госдуме РФ, заявил, что все государственные предприятия должны быть приватизированы. В чьи руки перейдет наша “Татнефть”? Какого её будущее?

— Я слушал Путина. Думаю, что он сказал эти слова в качестве девиза. Не думаю, что это касается абсолютно всех. “Татнефть” – самое успешное промышленное предприятие. А слова Путина относятся к проблемным заводам. Экономический рост Татарстана идет в правильном направлении.

“ИНВЕСТОРУ СЛЕДУЕТ ЖИТЬ НЕ В КАЗАНИ, А НА СЕЛЕ ВМЕСТЕ С НАРОДОМ”

— Мухаммат абый, Татарстан – один из регионов, сумевших сохранить сельское хозяйство. Но и здесь не всё гладко. Оправдывают ли себя инвесторы? Почему фермеры всё никак не могут встать на ноги?

— Жизнь преподнесла хороший урок: после революции землю у народа отняли, были созданы коллективные хозяйства. Отношение народа к земле было изменено, народ перестал чувствовать ответственность за свою родную землю. Вот и сейчас мы совершаем большую ошибку, впуская в село инвесторов. Предпринимателя, который не знает, как обрабатывать землю, как с ней работать, как её вспахивать, и близко нельзя подпускать к деревне. Он же только о прибыли думает.

В России земли много, но ценность её пока  мало кто понимает. Ни в коем случае нельзя продавать землю. Мало что ли тех, кто взращивает свой урожай при помощи всяких там химикатов? После таких однодневных рекордов земля опустошается, становится негодной. Критически важно сохранить землю чистой, потому что в будущем экологически чистые продукты питания будут дороже золота.

Если бы инвестор приходил в село на тысячу лет, тогда бы я еще не возражал, но сегодня происходит так, что он считает свою завтрашнюю прибыль. Он снимает сливки и исчезает. Если инвестор допускается в село, нужно ставить ряд условий. Во-первых, он сам должен переселяться в деревню. Живя в Казани, Набережных Челнах, Альметьевске, невозможно управлять сельскими землями. Он должен жить вместе с народом на этой земле и на этой земле работать. Школы нет для ребенка? Значит, должен построить, должен привлечь хороших преподавателей из города. Заболел, а больницы нет? Значит, и её должен возвести. Развлекаться негде? Пусть дом культуры строит! Пользуйся благами земли, но и жизнь местного населения улучшай.

Никак не могу понять, почему правительство Татарстана, обделяя своим вниманием село, так упорно поднимает Казань?! Все стремятся в столицу, бегут из села. И правильно делают, что бегут, потому что в деревне условий для нормальной жизни нет. Почему бы не открыть в крупных деревнях, районных центрах высшие и средние учебные заведения?! Сельскому хозяйству нужно обучать не только в Казани, но и в самой сельской местности. Ну, кому захочется жить в ауле, где нужно воду таскать коромыслами? Необходимо создать специальную программу для того, чтобы люди оставались на селе. Например, можно обеспечить людей работой, открыв экологически дружелюбные предприятия. Пора бы уже задуматься о том, чтобы запустить программу коттеджных поселков. Инфраструктура таких поселков должна быть максимально продумана, должна быть “умная” экономия.

Я категорически против сокращения школ в деревнях. Это словно нарочно делается для того, чтобы народ уезжал из своих аулов. Не верю я в то, что в республике нет денег на содержание школ. Было бы желание!

— А вы говорили об этом с нынешними руководителями Татарстана?

— К сожалению, не общаемся. А ведь у нас есть личности, много лет проработавшие во власти, но их никто не спрашивает. Есть желание создать Совет аксакалов, я даже озвучил идею, но, видно, не хотят. Людей, работавших на самых высоких постах, ныне находящихся на пенсии, не так много. Их нужно собрать вместе. И мы готовы помочь. Ведь совет опытных людей никогда не помешает, а бывает-то всякое.

“МОИ ДЕТИ СКРЫВАЮТ, КТО ИХ ОТЕЦ”

— Мухаммат абый, мы часто слышим о родственниках, о детях высоких чиновников. Кто-то – директор большой фирмы, или предприниматель, или чиновник… А вот о династии Сабировых ничего не слышно.

— Вместе с Фаимой вырастили трех детей. Никогда не занимался их жизнеустройством. Меня и самого никто никогда сзади не подталкивал. Конечно, иногда хочется помочь ребенку, чтобы он не сталкивался с теми сложностями, которые пришлось преодолеть самому. Но Гузель наотрез сказала, что будет скрывать, чья она дочь. “Әти, пожалуйста, не приходи ко мне на учебу”, — сказала она. Она окончила Казанский государственный медицинский университет. Сначала работала доктором в деревне, затем её позвали в Казань. Она – высочайший мастер своего дела. Сегодня работает в министерстве здравоохранения РТ. Сын Шамиль со мной: помогает вести дела фонда “Туган җир” и фирмы “Булак”. В сторону аэропорта у нас есть земля. Мечтал когда-то производственную базу там открыть – не вышло. Сейчас в аренду сдаем. Младший сын Марат работает адвокатом. У меня пятеро внуков. Я – любимый муж, дорогой отец, счастливый дед. За всё благодарен. В свои 80 лет до сих пор работаю. Это воспитание моей Фаимы. Плавать люблю. Летом купаюсь в Волге, зимой – дома, в бассейне. Ежедневно стараюсь проходить 4-5 километров пешком. По утрам делаю гимнастику – это помогает.

17 комментариев

  1. Казаннан

    Кушнаренкодагы Кормаш — шул ук Татарстан инде ул, Татарстан җитәкчелегенә татарларның башка республика, өлкәләрендәге җирләрен кире республикага кайтару өстендә эшли башларга, бераз гына булса да, тычкан тота башларга вакыттыр.

  2. Damir Nabi

    «золотая середина»… она была не только самообманом, со страхом, но и обманом татар и его будущего, и на этом проиграли.
    Куркаклык алдан күрәлу сәләтен бетерә.

  3. Nur

    Наби вы это зря. Я состоял в в республиканской партии и мы с ним часто встречались. Хороший человек. Уважаю.

  4. Damir Nabi

    Я не только о нем, про всех нас….

  5. саид

    Татар слишком мало в Татарстане. 75 % процентов всех татар живет за пределами Татарстана. А их мало интересовала судьба Татарстана .У московских татар свои интересы , у финских татар свои интересы , у казахских татар свои . Если бы татары переселились бы в Татарстан , то суверенитет можно было бы отстоять. Но наша татарская розобщенность это наш национальный приговор.Был на сайте Казахских татар. У них там сабантуй , дискотеки. Судьба Татарстана их вообще не интересует.А жаль.

  6. адиль

    Самое печальное,что Казань не смогла стать центром притяжения для всех татар.Если на своей исторической родине т.с. татары не могут на должном уровне развить культуру ,язык,образование.Создать модель истинно татарского общества и тем самым привлечь к себе остальной татарский мир,то какие претензии можно предьявлять к разбросанным по миру и постепенно деградирующим татарским диаспорам.Кроме пустых шаймиевских слов»нам дороги все татары» или «биз булдырабыз» ничего то нет.А ведь диаспорам нужна не материальная поддержка,им нужна моральная опора.Они должны знать,что есть на свете земля где татары хозяева и что на этой земле татары не деградируют, а развиваются.И кроме того диаспоры должны знать,что при возникновении каких-то форс мажорных обстоятельств в их существовании Татарстан подаст голос в их защиту. А разве есть это сейчас? Кроме Фаузии Байрамовой,Рафиса Кашапова кто нибудь,когда нибудь подал голос в защиту татар.Шаймиев все сдал Москве,в надежде остаться при власти. А Минниханов разве имеет программу по развитию татар как нации.Нет им все универсиада,экономика,стройки,укосы-покосы.Прямо скажем у татар нет национальных лидеров,ставящих вопросы развития народа.Мухаммат Сабиров про это то и говорит,мягко и недоговаривая,конечно

  7. Чел

    Что за привычка ныть?Дайте деньги.дайте деньги.Основная масса сама губит себя.И на нужно кричат что никто не помогает.Почему каталонцы могут сделать это и сделали?Нытики.А этих клоунов байрамову,кашапова надо вообще выкинуть,т.к. ничем полезным не занимаються!

  8. Кунак

    Эх, было бы в республике хотя бы 20 таких личностей как Фаузия Байрамова!

    Удивил! Жаль что главная должность в свое время досталось не ему , а Шаймиеву. Исэн чагында ТВ-радиода истэлеклэрен яздырып калдырсыннар иде.

  9. рафаэль

    У татар два пути бороться и побеждать или слиться в унитаз вместе со( старшим братом)

  10. саид

    Чтобы бороться и побеждать надо иметь Армию и Единное Командование. А где у нас армия и где у нас единное командование? Московские татары сами по себе , финские татары сами посебе,казанские татары сами по себе , казахские татары сами по себе . Поэтому русские бьют нас , по одиночке.

  11. рафаэль

    если будет дух и иман остальное приложиться .начинать надо с себя и не смотреть ни на кого нужно победить внутренний страх. меня детства гнобили казахи .чечены я свой страх потерял давно .чичены считают меня дурным потомучто заднюю не включаю.не подумайте что хвастаюсь просто не приятно читать что татары такие слабые

  12. Алек Нафиков

    Мы,татары, но не Казанские, наблюдая за действиями оф. лиц по телевизору в шоке. Действия первых лиц, это действия председателей колхозов перед русскими начальниками. Нет своего я и хвалятся хоз. достижениями.
    Песни по телеку слушать невозможно-жалобные песни безголосых дивиц. Стыдно господа.Обидно за нацию. Таких должны победить. Жаль.

  13. Ильяс

    Люди,хающие таких татар ,как Фаузия Байрамова,Айдар Халим, Кашапов , сами не имеют и капли того мужества,какое имеют эти уважаемые люди

  14. рафаэль

    критиковать своих легко.за 500 лет русско проваславного ига больше всех пострадали казан татарлары они нуждаются в нашей помощи (моральной интелектуальной итд) поэтому критикуя помогай.а так это бук суз. мин узем казантатар тугэль

  15. Ильяс

    В одном с Вами не согласен,Адиль: материальная поддержка диаспорам ох как нужна! В остальном,увы…………

  16. Асхат

    «А зимой купаюсь дома в бассейне….»а у нас до сих пор нет ни воды ни газа! А по татарски мы и так все говорим с рождения..как неплохо говорим и по русски…!

  17. Роза

    Какие достойные дети всё сами достигли! А мои вот нет наверное потому что я простая медсестра со стажем в 38 лет!